Блог

Все мужчины одинаковые. Психотерапевтический опыт

Это история одной моей клиентки. Одной очень сильной, храброй девушки, которая победила. И она разрешила мне поделиться ее опытом с читателями. Вдруг, кому-то это может оказаться полезным… целебным.

Итак.
С детства она была очень ответственная, любезная, организованная, дисциплинированная, ну образец добродетельности.

И почти всю жизнь положила на то, чтобы угождать окружающим, не мешать, быть удобной.

И только в процессе длительной терапии она поняла, что мотив был в неосознаваемой идее — заслужить похвалу и признание отца, который воспитывал ее в строгости, обвинениях и требованиях.

А он не хвалил. Он игнорировал достижения, и замечал только тогда, когда она оступалась, и то лишь для того, чтобы уличить ее в этом.

Больно. Обидно. Злит.

Но хорошим девочкам нельзя испытывать «негативные» чувства. Особенно по отношению к отцу, который априори всегда прав. И, чтобы избежать угрозы встречи с этими чувствами, она стала их подавлять, делать вид, что их нет. Не замечая, что вслед за ними уходят и радость, и удовольствие…

А вот стыд остался. Еще вина. Да, это те чувства, которые одобряет и поддерживает папа. А он лучше знает, что для нее хорошо.

Но она не переставала желать того, что ей было жизненно необходимо.

«Доченька! Ты у меня самая лучшая. Ты заслужила мою любовь. Можешь теперь дышать, жить, быть собой, я разрешаю».

Мечта. Фантазия. Безнадежность.

И были у нее романы. Больные, недолгие. Она цеплялась за мужчин. Холодных, отстраненных, сложных. И даже ко мне обратилась именно с запросом про отношения.

«Непонятно, почему так не везет, и попадаются мужчины, которые меня не ценят. Которых я… будто бы недостойна. Я все для них делаю, отдаю всю себя, а в ответ получаю холод. Иногда мне кажется, будто я невидима. Меня нет». Так она описала мне свой запрос, сидя на диване сгорбившись, зажав ручки между коленей.

«Думаю, я сама виновата, но не понимаю, в чем. Что я делаю не так? Наверное, просто не получится у меня отношений…»

Отчаяние. Я слышу. Я понимаю. Я признаю и разделяю.

А за ним глубочайшая обида. А под ней злость и любовь. Желание слиться, раствориться в значимой мужской фигуре, получив заветное обожание. И всё это в тревоге. В зависимости. В страхе отвержения, ненужности, одиночества.

Это глубоко, и мы тратим месяцы на воскрешение и осознавание того, что эти чувства есть, их испытывать можно. Они важны и уместны.

А еще, постепенно приходит истинное осознание того, что все эти чувства относятся к отцу, для которого хотелось исчезнуть, так и не получив его принятия. И все разочарования были необходимы для того, чтобы убедиться в том, что «мне нет места в жизни мужчины, и они все одинаковые». Поэтому и партнеры попадались именно такие, которые подтверждали это. Которые были похожи за отвергающего папу, и в контакте с ними было легче размещать негативные чувства, принадлежащие отцу.

«И папа был прав, что я всё делаю не так».

И это позиция вечного ребенка, которому родители не дали достаточной поддержки, не научили доверять себе, сосредотачивая все внимание на промахах.

В какой-то момент она захотела резко прервать нашу работу. Так всегда бывает, когда мы в терапии приближаемся к чему-то важному. Но ей хватило сил удержаться. Она опять пришла, и была честна со мной.

«А вдруг это он был неправ? — в глазах страх, стыд, вина (классическая троица). — И это его ошибка, и он просто моральный импотент, не способный испытывать любовь, сочувствие, — я вижу, как на шее выступают красные пятна, и на лбу вздуваются вены. Это злость, я приветствую ее и разделяю. — Что если это его тараканы, комплексы, с которыми он не сумел справиться, и все свалил на меня, пытаясь добиваться от меня совершенства, постоянно поднимая планку, чтобы я до нее не дотянулась? — удивление, растерянность, первые нотки облегчения, но праведный гнев остается.

Плачет. Я сажусь рядом, держу ее за руку. Мы плачем вместе. Обнялись.

Ревет навзрыд. И вместе с этими слезами выливаются наружу давние обиды, привитые стыд и вина, больше не принадлежащие ей, а еще злость, презрение…

И уставшая, она откидывается на спинку дивана, выпрямляя спину.

«Он виноват. Но я его прощаю…»

Я верю ей.

«Спасибо…»

Это слово она произносит, глядя куда-то в сторону. И в этом слове я слышу благодарность и принятие.

Глубокое, внутреннее понимание.

Облегчение и свет.

Я радуюсь за нее.

Это и для меня событие, потому что путь был непростым, и мне было глубоко небезразлично, куда он нас приведет.

Я уже десятки раз наблюдала за тем, как она собирается уходить, суетясь в прихожей. В этот раз, она другая. Она не сутулится, и нет в ее тоне извиняющихся ноток. Она спокойна, ее взгляд глубокий и… более твердый что ли.

Проводив ее, я направляюсь к своему любимому окну, с видом на перекресток. Закуриваю сигарету, наслаждаясь знакомым чувством радостного удовлетворения, и думаю о том, что жизнь этой девушки уже не будет прежней.

И мужчины в ее жизнь будут приходить другие.

Она сама уже тоже не будет прежней.

И это начало нового пути, по которому она пойдет более твердым шагом.

image
Made on
Tilda