Блог

Типы привязанностей в отношениях

Почему одни люди держат друг друга на расстоянии, а другие напротив, стремятся заполнить все пространство? Зачем партнеру нужна дистанция? В чем причина горьких переживаний одних людей, во время ссор, и обесценивания, холодного отчуждения других?

Есть масса мнений и теорий на этот счет. Предлагаю рассмотреть одну из них.

При возникновении близких отношений со значимым человеком, формируется привязанность к нему. У разных людей, она выражается по-разному:
  • Нормальная привязанность;
  • Тревожная привязанность;
  • Избегающая привязанность.

Первый тип опишу кратко и просто: когда человек способен выстраивать комфортные отношения, не перебарщивая с дистанцией (ни в ту, ни в иную стороны).

А вот тревожная привязанность, она свойственна людям, которые стремятся сократить дистанцию со значимыми людьми. Им важно, чтобы им часто звонили, уделяли много внимания, проявляли его регулярным подтверждением чувств, доказательствами. В отношениях очень важна стабильность и предсказуемость. Часто, из пустого беспокойства, сами ищут повод для тревоги. И находят. Ведь, кто ищет, тот всегда найдет.

Человек, такого типа привязанности склонен провоцировать ссоры, потому что во-первых, это позволяет разрядиться от накопленной тревожной энергии, во-вторых, в результате конфликта, скорее всего, появится очередное доказательство того, что партнер достаточно любит, ценит, дорожит.

Избегающая привязанность, прямо противоположна тревожной. Здесь человек ревностно относится к своему пространству, старается максимально отгородиться (насколько это уместно с данным партнером). Если и проявляет чувства, то не сразу, и ему это дается с трудом. Выглядит уверенно и независимо. Не выносит, когда посягают на его границы, и требуют проявления большего внимания и чувств, чем он прямо сейчас готов дать. В ситуации ссоры не стремится на встречу, а наоборот, демонстрирует автономию, с девизом: «я без тебя могу». Часто, это не так, а лишь обман, и самообман.

Человеку, привыкшему к избегающей позиции, крайне сложно признаться себе, а тем более партнеру в том, что он нуждается в ком-то. Ему кажется, что это сделает его слабым и уязвимым, поэтому безопаснее демонстрировать безразличие, отчуждение, иногда даже ненависть. Но только не привязанность.

Причины формирования того или иного типа привязанности, кроются в глубоком детстве. А именно, в отношениях с ухаживающим взрослым, чаще всего с матерью. Именно в контакте с этим, с первых дней жизни самым важным человеком, ребенок получает «рабочую модель» близких отношений, которую впоследствии воспроизводит и с другими людьми. Кстати, здесь речь не только о партнерах, но и о контактах со всеми окружающими, включая друзей, коллег.

У избегающего типа, чаще всего мать — черствая, властная, критикующая, излишне контролирующая, вмешивающаяся в жизнь своего ребенка, отвергая его личность и интересы. Для того, чтобы получить одобрение и подтверждение любви матери, нужно было «заслуживать» эти призы. Взрослея, такой ребенок становится скрытным, угрюмым, псевдозаносчивым, стремиться доказывать всем и каждому свою самодостаточность, демонстрирует безразличие к значимым людям.

Но здесь есть ловушка: вся отгороженность, отчуждение и независимость, она направляется «не туда». Эти доказательства адресованы от маленького ребенка, к матери, и они переносятся в новые отношения, что абсолютно бессмысленно. Обида была на мать, а не на партнера или друзей. И получается, что человек всю свою жизнь что-то доказывает окружающим, те давно уже все поняли, и приняли (или не приняли и исчезли из жизни человека), а удовлетворения не наступает.

Если метафорой: на сотрудника накричал начальник, тот разозлился, но сделать ничего не может, вот и срывается на всех подряд. А дал бы начальнику в морду, не пришлось бы ссориться с коллегами и высказывать жене, что она ему всю жизнь испортила.

Так и в избегающем поведении. Есть незавершенная обида на мать, есть детская потребность отстаивать границы своей личности, и с годами происходит заострение этих черт, которые мешают человеку строить полноценные отношения, без разрушающих паттернов, которые давно утратили актуальность, но по-прежнему руководят поведением.

Тревожного типа, скорее всего «недолюбили» в детстве. Именно в этом кроются причины жадности до внимания, беспокойства по поводу значимости себя в жизни других людей. С раннего детства ребенок строил отношения с родителями, добиваясь внимания всеми доступными способами: плохим поведением, плачем, приставаниями. Пусть раздражаются, ругают, реагируют как угодно, но замечают. Это то, чего подрастающему невротику сильно недоставало.

Как и в случае с избегающим типом, человек «всю жизнь положит» на то, чтобы добиваться от близких проявления любви, заботы, но никогда ему не будет этого достаточно.

«Я однажды сказал тебе, что люблю, если что-то изменится, я дам знать».

Такой посыл от любимого человека, для тревожного типа — страшный сон. Недополучив когда-то материнской любви, у человека образовалась «бездонная чаша», в которую непременно и регулярно должны поступать достаточные порции подтверждений. Если этого не происходит, то отношения не удовлетворяют одну из самых ведущих потребностей, а потому причиняют боль и, в итоге, теряют смысл.

Возможно ли избавиться от этого?

Возможно. Любая проблема решаема, если человек готов ее решить. Другой вопрос, как. Самостоятельно, едва ли. Если только у человека настолько развит контакт с собой, что ему достаточно осознать и признать, что все обиды имеют «вот эти», «конкретные» причины, что они относятся не к тому, на кого проецируются, а являются укоренившимися установками, сформированными, например, по отношению к другому человеку. И помнить об этом каждый раз, когда собираетесь совершить привычный акт, в отношении партнера.

Важно понимать, что на этом пути вас ожидают собственные защитные механизмы, которые постараются «уберечь» вас от перемен (т.к. перемены, это всегда утрата стабильности, а значит опасность), и вы вряд ли сможете их вовремя и полностью распознать. Поэтому лучше, глубже и экологичнее, прорабатывать такие темы в сопровождении профессионала.
Made on
Tilda